Новости культуры. Пермь

Кризис кризисом, а национальная Российская театральная премия «Золотая Маска» жертвовать своим 15-летним юбилеем не намерена. Дирекция проводит целый ряд традиционных, а также совершенно новых программ и театральных проектов. В российских городах пройдут серии фестивалей (так, этой осенью фестиваль «Золотой Маски» прошел в театре кукол, «Новости культуры» подробно писали об этом). Кроме того, в следующем году планируется провести театральный рынок «Pro-театр-2009», в котором примут участие театры, театральные проекты из России, стран СНГ и Европы, а также состоятся семинары, «круглые столы», мастер-классы. А пока экспертные советы (музыкальный и театральный) продолжают удивлять списками номинантов на получение самой престижной премии страны. Позиции театрального Санкт-Петербурга традиционно крепки, количество претендентов из Москвы заметно уменьшилось, а «темной лошадкой» остаются периферийные театры. Не потерял своего места среди последних Пермский академический театр оперы и балета.

К сожалению, в этом году количество пермяков среди номинантов заметно уменьшилось: прошлогодним соискателям премии – балету Евгения Панфилова и театру «У Моста» достойной замены не нашлось. Зато в список избранных театров (всего 41) попал Пермский театр оперы и балета, представленный как в оперных, так и в балетных номинациях.
Поразительно, но среди конкурентов пермской оперной постановки «Орфея» К. Монтеверди нет представителей Большого театра. Художественный руководитель театра и режиссер номинированного спектакля Георгий Исаакян попал в компанию к Василию Бархатову из Мариинки, Александру Петрову из петербургского «Зазеркалья» и Александру Тителю из театра им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко. У Дмитрия Боброва, исполнителя заглавной партии, конкуренты также из Мариинского и театра Станиславского и из Республики Саха. Номинацией отмечена и работа художника «Орфея» Эрнста Гейдебрехта.
Повыше, чем в оперных номинациях, конкуренция по части балета. За звание лучшего балетного спектакля пермскому «Корсару» предстоит поспорить с «Баядеркой» из Новосибирска и грандами – «Пламенем Парижа», «Сильфидой» и «Уроком» Большого театра, а также Мариинским театром, представившим спектакли «Диана Вишнева: красота в движении» и «Карнавал». В список лучших попали хореограф Василий Медведев и дирижер Александр Анисимов.
Среди женщин будем болеть за Наталью Моисееву, очутившуюся в списке вместе с Дианой Вишневой, Евгенией Образцовой (обе – Мариинский театр) и Натальей Осиповой (у этой примы Большого театра аж две роли в номинации). У мужчин лучшими признаны Иван Васильев и Сергей Филин из Большого, Владимир Шкляров из Мариинки, Игорь Зеленский (Новосибирск), Ашот Назаретян (Екатеринбург), Олег Степанов (Санкт-Петербург), а также Иван Порошин, солист Пермского театра оперы и балета.
Иван Порошин: «Не надо бояться танцевать!»
Это признание подбиралось к молодому танцовщику, который, впрочем, уже стал педагогом Пермского хореографического колледжа, нежданно-негаданно. Хотя сам Иван представляет из себя пример артиста и человека, несмотря ни на что, преданного делу.
– Иван, ожидали ли вы, что вас номинируют или еще каким-то образом отметят вашу работу в «Корсаре» на высшем уровне?
– Конечно, не ожидал. Узнал об этом после очередного спектакля: ко всем артистам подошла Наталья Ахмарова и поздравила с тем, что на пресс-конференции в Москве было объявлено о выдвижении «Корсара» нашего театра на «Золотую Маску» в нескольких номинациях. Сам факт того, что среди таких известных фамилий будет стоять и моя, очень обрадовал. Вообще так сложилось, что я танцую, как правило, характерные партии, например, в «Лебедином озере» – испанский танец. Это абсолютно мое! Хотя практически любая роль требует перевоплощения: в «Щелкунчике» у меня партия брата Маши, 12-летнего мальчугана. Конечно, для того чтобы наши детские игры и шалости смотрелись на сцене органично, нужно найти и создать цельный образ.
Мне очень нравится яркая «корсарская» партия Бирбанто – сложная, но танцевальная и «актерская». При подготовке к этой работе я смотрел видео, читал книги. И конечно, была проделана большая работа в классе с педагогами. Особенно мне помог Станислав Фечо, ассистент Василия Медведева (постановщик «Корсара»). Станислав и сам великолепный танцовщик, поэтому очень тонко чувствует роли, заложенные в них образы. Во многом благодаря ему, тем краскам, что он привнес, мужские танцы в «Корсаре» получились такими запоминающимися. К этим новым краскам мы добавляли свои актерские работы, куда вложили все то, что мы чувствуем и переживаем. Последнее – обязательное условие для хорошей партии: без «копания в себе», работы над ролью одна лишь физическая подготовка не поможет. В балете ты должен совершенствовать свое тело на протяжении всей жизни, каждый раз «выше прыгать и лучше крутить»… Но тут важно не перейти ту грань, которая превращает балет в гимнастику. Важно суметь наполнить танец душой. Этим отличается русская балетная школа. Ведь зритель приходит в театр, чтобы получить новые эмоции, пережить то, чего ему не довелось испытать в жизни, а не просто оценить какие-то отдельные движения.
– Какие ваши балеты вам нравятся как зрителю?
– Признаюсь, я не очень много видел из зала, потому что участвую практически в каждом!
Танцую и в операх – когда мы только пришли из колледжа, именно на наш курс были поставлены танцевальные сцены в «Клеопатре», до сих пор с удовольствием выхожу в «Князе Игоре» – в половецких плясках.
– В этом году вы тоже стали преподавать…
– Я благодарен школе: нас готовили именно как артистов, а не просто танцовщиков. У меня были прекрасные педагоги, всегда было интересно учиться. Теперь я уже могу поделиться опытом с молодыми. А также подготовить их к театральной жизни. Потому что во время вводов в спектакли приходится учиться не только другим элементам, но и эмоционально, и физически справляться с большей, чем в школе, нагрузкой. Сегодня в театре очень много молодежи вводится в основные спектакли репертуара. Нам в свое время точно так же давали танцевать, предлагали смелые роли и смотрели, справится артист или нет. Словом, долго «раскачиваться» не давали. А почему бы не танцевать, когда есть что танцевать? Репертуар в театре интересный. Последняя громкая премьера, «Корсар», – тоже очень хорошее приобретение для театра, на этом спектакле можно вырастить целое поколение артистов. Надо только не бояться танцевать.
Во многом благодаря школе у нас очень хороший коллектив, все приходят из школы и уже друг друга знают, вливание в коллектив происходит гармонично. Да, иногда уезжают, но сейчас такое время – каждый волен выбирать свою дорогу. Для меня театр – настоящий второй дом.
– Вы говорили, что серьезно готовитесь к роли, в обязательном порядке читаете книги. Нужно ли это танцовщику, которые воплощает на сцене замысел хореографа? Все-таки балет – прежде всего искусство тела…
– Да, многие сегодня книг не читают… Но я, например, когда готовил партию Меркуцио, перечитал всего Шекспира. Может быть, кто-то решит, что это лишнее, но мне кажется, это очень полезно не только для личностного развития, но и для профессионального роста, так как помогает создать образ, построенный не на штампах, а на собственных неповторимых находках. А мне всегда очень нравится проявлять себя с актерской стороны. Например, мечтаю станцевать «Пер Гюнта» – по-моему, это спектакль, где есть все: уйма дуэтов, сольных вариаций, и музыки красивее я тоже не слышал.
Объем подготовки, уделенного времени показывает отношение артиста к роли. В нашем театре в этом плане есть на кого равняться – это старшее поколение, которое совершенно по-особенному относится к делу. Елена Кулагина, Наталья Моисеева, Виталий Полещук, Юлия Машкина – это удивительные люди. Или те, которые раньше ушли из театра, как Виталий Иванович Дубровин (ныне заведующий балетной труппой), человек безумной энергетики, который помогает всем артистам, за что ему все благодарны. Связь поколений, ощущение любви к театру, которое когда-то было передано нам, теперь мы, люди, проработавшие здесь уже десять лет, должны передать молодым. Чтобы эта творческая обстановка не ушла, чтобы спектакли оставались такими, какими они впервые появлялись на сцене. Чтобы с уходом артиста, который танцевал премьеру, все не испарилось, как будто и не было. Словом, чтобы в театре оставалась та прекрасная творческая атмосфера, благодаря которой он и стал знаменит.
– Вы танцуете самые разные партии. Не сложно ли после больших выходов настраиваться на какие-то общие сцены?
– Я пришел в театр работать, а не выбирать партии. За восемь лет я перетанцевал все: в кордебалете, в опере, в сольных партиях. Самое страшное для артиста – это невостребованность. Если ты ждешь партию три месяца, танцуешь, а потом опять три месяца простоя – происходит деградация. Не надо бояться маленьких ролей. В «Золушке» (один из балетов, с которым труппа выступает сейчас в Нидерландах – прим. ред.) я танцую сначала сольную партию Танцмейстера, а потом бегу за кулисы и переодеваюсь в Чайник, затем выхожу в вальсе, где есть сольные вставки, после появляюсь среди гвардии принца.
Иногда говорят: вот, артист выручил, встал в кордебалет. Я никакого «выручательства» в таком поступке не вижу. Соло так соло, но и к кордебалету, будь добр, отнесись ответственно, это твоя работа. Тем более в работе кордебалета пусть иные, но такие же сложные нюансы, как и в сольных кусках.
– Иван, а вам не обидно уже который год встречать Новый год не дома?
– Вообще у меня гастроли вызывают только энтузиазм – они всегда добавляют интересной работы. Мы много ездим. Последние годы в декабре у нас проходят гастроли в Голландии. В самом начале это ужасно радовало. Но потом, когда появилась семья, стало немного грустно осознавать, что дети опять, в который раз, под елочкой без папы и мамы (Наталья Макина – солистка балета).
– Вы с женой Натальей Макиной работаете в одном театре. Существует у вас семейная конкуренция?
– Может быть, но в таком случае она очень подстегивает в работе. Наташа – прекрасная артистка, которая очень нравится зрителям. Мы друг другу всегда помогаем, поддерживаем во всех ситуациях. И на гастролях нам легче – мы друг от друга не отходим. В «Дон Кихоте» танцуем вместе: я – Тореадора, она – Уличную танцовщицу. Иногда случалось, что взгляды на партии у нас не совпадали, но мы все разногласия всегда оставляли в репетиционном классе. Дома мы можем обсудить, как прошел спектакль, проанализировать, что было хорошо или плохо, но не более того. А так – у нас есть и другие заботы, прежде всего связанные с воспитанием детей. Сын сейчас занимается спортом, а дочка – ей полтора годика – пока проявляет особенный интерес к песням и танцам, но это свойственно всем детям!
– Отдали бы вы своих детей в балетную школу или постарались уберечь их от тяжелой «балетной» судьбы?
– Наша профессия тяжелая, но не сложнее, чем любая другая. К тому же в нее идут те, кто свое дело очень любит. А когда ты что-то сильно любишь и стремишься достичь совершенства, это уже дается легче.
Наталья Смольковская.

Очень много зависит в судьбе артиста от того, с кем он будет работать в первое время в театре. Меня во многие спектакли ввела Ольга Феликсовна Салимбаева, которая так же, как Владимир Николаевич Салимбаев, живет театром, болеет за театр и за каждого его артиста. Огромное спасибо Ольге Феликсовне за то, что она ввела меня во многие спектакли, в том числе в «Дон Кихот», за партию в котором я потом получил Дягилевскую премию. К глубокому моему сожалению, мне не довелось поработать с Владимиром Николаевичем, этим легендарным хореографом, лично, но мне посчастливилось танцевать его всем известный номер «Май» (готовила его с нами как раз Ольга Феликсовна). Несмотря на то, что Владимир Николаевич в этот момент давно не работал в театре, он все равно жил в творческом ритме, ходил на спектакли, помогал нам, подсказывал. Он все время жил театром, ни на минуту не прекращая той работы, которую он начал, будучи главным балетмейстером. Мы очень хотим силами артистов сделать вечер памяти этого замечательного человека, Владимира Николаевича Салимбаева. Очень надеемся, что это получится в ближайшее время.