В дни весенней депрессии вечные вопросы встают как никогда остро. Ответ на вопрос, что делать и как бороться с депрессией, этой чумой двадцатого века, ищите в очередном номере пермского журнала «Лечебный телегид», а пока мы расскажем вам о том, кто во всем этом виноват, – о родоначальнике психоанализа и авторе термина «психоз» Зигмунде Фрейде.
Джед Рубенфельд Убийство по Фрейду Издательство: «Росмэн», 2007.
ISBN 9785353027386.
Мужчины на грани нервного срыва
Детектив по Рубенфельду: молодой герой, зловещее преступление и доктор Зигмунд Фрейд в главной роли. Фрейд, как личность магнетическая, часто становится героем романов и пьес. Знаковый персонаж и лицо эпохи, в этом романе он играет на чужом поле, но по своим правилам.
Американской книге – американский герой, среднему заморскому читателю не проглотить Фрейда-сыщика, а потому следствие ведет юный энтузиаст психоанализа Стретхем Янгер, житель Нью-Йорка и начинающий психотерапевт.
Фрейд, вместе с соратником Карлом Юнгом, в 1909 году прибывает в Нью-Йорк: читать лекции, знакомиться с новой культурой. В это время страшные вещи случаются в этом замечательном городе – ужасный маньяк похищает красивых девушек, сечет, мучает и убивает. Одной из них, юной красотке Норе, удается бежать, но она не может говорить – потеряны голос, память, не говоря уже о хрупкой девичьей чести. Высшее общество в шоке, полиция в ступоре, но, кажется, не все потеряно – ведь под рукой светило мирового психоанализа, и кто как не Фрейд сможет выведать у потерпевшей имя таинственного преступника?
Фрейд, человек занятой и вообще далекий от криминалистики, пациентку поручает юному другу, Янгеру. Тот с энтузиазмом берется за дело, тем более что прекрасная Нора – уже давно предмет его жарких, психиатрических мечтаний.
Лихо закрученный сюжет с необычным финалом разворачивается на фоне Нью-Йорка начала двадцатого века: шикарные авто потихоньку сменяют неповоротливые экипажи, миллионеры Астор и Вандербильт дерутся за свой кусок пирога из Большого Яблока, знаменитые мосты и бульвары только начинают появляться на карте города.
Герои симпатичные, местами шутят, иногда даже смешно. Смутные сомнения вызывает разве что образ Юнга: Карл Густав в «Убийстве по Фрейду» – снедаемый паранойей завистливый извращенец. И хотя Рубенфельд и утверждает, что все беседы героев – непосредственные цитаты из их подлинных писем, все-таки маловероятно, чтобы автор теории архетипов был так откровенно смешон.
Вообще, все герои романа в явном душевном расстройстве: Фрейд не рад приближающейся старости, Юнг, очевидно, – в классическом кризисе среднего возраста, переводчик Ференци – в перманентной депрессии, Янгер просто не знает, куда еще сублимировать накопленный сексуальный пыл. Такой накал страстей не дает читателю расслабиться ни на минуту, а личность коварного злодея остается тайной до самой последней страницы.
Динамичный ретродетектив в духе «Алиениста» Калеба Карра – оригинальный сеанс психотерапии от Джеда Рубенфельда.
Азбучные истины Теперь уже классический киносценарий Сартра «Фрейд» 1958 года пользуется у русского читателя завидной популярностью – скачать книгу предлагают более десятка сайтов в Интернете, а обсуждения ее насчитывают сотни страниц. Такое странное, на первый взгляд, отношение к книге «писателя не для всех» (при всем уважении к великому философу, мало кто способен проглотить «Тошноту» или «Мух» в один присест) на самом деле объясняется довольно просто – жанр киносценария заставил Сартра говорить «в простоте». Красиво, умно, но все-таки просто: добрую половину текста книги, как и положено в хорошем сценарии, занимают авторские ремарки («Лицо Фрейда крупным планом. Он внезапно растрогался, но сдерживается», описание обстановки: квартиры Фрейда, клиники Шарко в Париже, госпиталя в Вене), действие движется быстро, читателя словно подхватывает стремительное течение настоящей, непридуманной жизни – с дотошностью исследователя Сартр строит свою книгу на точных биографических фактах.
Сценарий лег в основу голливудского фильма 1962 года «Фрейд. Тайная страсть», с демоническим Монтгомери Клифтом в главной роли (самые известные его фильмы – «Красная река» с Джоном Уэйном и «Неприкаянные» с Кларком Гейблом и Мерлин Монро), но режиссер Джон Хьюстон использовал менее половины сартровского текста.
Фильм был фантастически успешен, упрочил славу Клифта и помог ему расплатиться с долгами, но, тем не менее, шедевром не стал и забылся.
Кажется, что «своим», комнатным Фрейдом, как фикусом, спешат обзавестись многие видные писатели двадцатого века – своеобразная художественная месть тому, кто вытащил на свет большинство грязных секретов человечества. Сартр среди них стоит особняком. «Фрейд. Киносценарий» – это портрет философствующего аналитика глазами анализирующего философа. Такая тяжеловесная конструкция по всем правилам должна камнем идти ко дну, но книга Сартра вот уже пятьдесят лет остается на плаву. У Фрейда наверняка нашлось бы этому объяснение.
Отговорки по Фрейду Мало какая книга о Зигмунде Фрейде менее биографична в строгом смысле этого слова – события, люди, явления, окружавшие Фрейда в реальной жизни, у Томаса становятся только материалом, из которого писатель конструирует вымышленную биографию – правдивую в общих чертах и абсолютно фантастичную в деталях. Как писал сам Томас, это история «внутренней жизни» Фрейда – то, что сформировало его как личность. Автор нашумевшего в восьмидесятые романа «Белый отель» (и тоже о Фрейде – оперная певица Лиза вспоминает о своей жизни, сеансах психотерапии и ужасах холокоста) и переводчик Пушкина, Ахматовой и Евтушенко, Томас вообще набил руку на таких описаниях «внутренних империй»: его «Квинтет русских ночей» – вольное продолжение «Египетских ночей» Пушкина, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Бежав от нацистов, Фрейд с семьей обосновывается в Лондоне. Тут-то, перед смертью, в ожидании последней дозы морфия из рук верного друга, врача Макса Шура, он и предается воспоминаниям о юности, любви и великих открытиях. В фирменном томасовском стиле, отрывочно и сюрреалистично, Фрейд разворачивает перед нами картину своей жизни – тут и история его любви к жене Марте, муки и радости профессиональных открытий, дружба-соперничество с Брейером и Юнгом, первые заседания психоаналитического кружка. Повествование подчиняется не внешней, хронологической логике («Рассказывать о моей жизни по порядку было бы ужасно скучно», – заявляет рассказчик (сам уважаемый профессор) на первой же странице романа), а психологической – одновременно смеясь над вошедшими в повседневный обиход наработками психоанализа («Помните, иногда сигара – это просто сигара») и предрассудками, окружающими как теорию психоанализа, так и личность ее создателя, Томас собирает коллаж из воспоминаний и снов, толкование которых едва ли под силу кому-либо, кроме самого Фрейда. Но и ему доверять нельзя: вдруг все эти истории – не что иное, как отговорки, чтобы обелить себя в глазах дочери, Анны?
Изысканное лакомство для любителей психоанализа – вкушать книгу Томаса нужно медленно и под настроение, как и любимое пирожное Фрейда, «Павлова» – тонкий бисквит с малиновым кремом. А главное – не ждать достоверности: ведь вымысел подчас куда любопытнее правды.
Разработано в студии «Сайт-мастер»
Работает на «CMS BS» версия 3.0
Вы попали на лучший информационный портал г. Перми, посвященнный событиям в жизни города. Мы стараемся как можно быстрее сообщить о новостях в городе, мероприятиях, а также проводим фоторепортажи и делаем интервью. Заходите, будем рады видеть Вас.
Вернуться на главную страницу
