Как в старом анекдоте, минувшая неделя, прошедшая под знаком «Королей танца», принесла две новости – приятную и не очень. Начнем с неприятной: вместо запланированных двух концертов «события десятилетия» Пермь потянула лишь один. Ну а приятная? В процессе пермский балет случайно доказал неслучайный факт, что все-таки именно он является визитной карточкой пермской культуры, позволяющей ей не потеряться и в контексте мировой.
Первые скрипки в проекте «Короли танца» играют четыре звезды мирового балета: россиянин Николай Цискаридзе, испанец Анхел Корейя, американец Итан Стифел, датчанин Йохан Кобборг. Эстетический и обучающий момент этих гастролей налицо. Во-первых, теперь мы поименно и в лицо можем узнать «королей» современного балета. В последнее время настоящих звезд, обладающих характером и харизмой, становится все меньше и меньше: средний уровень растет, но личностей, которые бы заставляли думать об увиденном спустя часы и дни после спектакля, – практически нет. В такой ситуации вдвойне приятно узнать, что кроме Николая Цискаридзе в мире есть и другие незабываемые артисты балета.
Во-вторых, пермяки воочию смогли убедиться, что революция в балете уже произошла. И если раньше на первом плане была исключительно женщина, то ныне престиж мужского балета возрос беспрецедентно. Однако, как заметила Наталья Ахмарова, переворот произошел далеко не сегодня, а гораздо раньше, еще вначале XX века, а затем продолжался всё столетие. Владимир Васильев, ставший в свое время синонимом танца в мужском балете, – вот кто начал изменять традиционную хореографию Петипа – когда танцовщик лишь стоял и держал балерину, – добавляя свои собственные трюки. И кто больше «говорит» – он или она – в каждом конкретном случае зависит от истории и режиссуры каждого театра.
Однако так распорядилась жизнь, что датчанин Кобборг из-за травмы во время российских гастролей появлялся только в сольном танце третьего отделения, но не смог участвовать в первом отделении шоу – специально поставленном под этих артистов танце «На четверых», в форс-мажорном порядке заставив искать себе замену на месте. На шести спектаклях в Москве и Петербурге его заменял премьер Большого театра Дмитрий Гуданов, в Пермь не приехавший (заметьте, при таком количестве представлений ему было ради чего работать и жертвовать временем и здоровьем). Вот в таком «усеченном составе» «Короли» приехали к нам очень вовремя – в разгаре пятого сезона Натальи Ахмаровой, устроив, что называется, внеплановую проверку ее деятельности как руководителя балетной труппы и дав возможность показать, что выиграла Пермь с возвращением экс-примы в качестве руководителя.
По словам Георгия Исаакяна, трое суток Наталья Галимзановна не выходила из репетиционного зала, готовя молодого премьера пермского балета Роберта Габдуллина к выходу на одну сцену с Цискаридзе и компанией. И как показало испытание, ныне к традиционным козырям пермского балета – сильной хореографической школе, дающей чувство единого коллектива, удивительной атмосфере, накопленной театром за 135 лет существования, – добавился еще один – ничего не страшащаяся молодость. Ибо Роберт Габдуллин молод «в квадрате»: ему 24 года, и он всего второй сезон проводит в пермском театре.
Вообще, Наталья Ахмарова – не самый частый гость на страницах и экранах пермских СМИ – предпочитает придерживаться политики «пусть поступки говорят за меня». Ей важнее, как чувствуют себя артисты балета, что они умеют, как они выглядят. А показатель ее работы – налицо, точнее – на сцене. Разговор с ней – хороший повод узнать, чем живет пермский балет сегодня.
Свой среди чужих
– Наталья, первый вопрос – почему именно Габдуллин?
– В нашем театре до последнего момента не знали, что будет нужен пермский танцовщик для участия в проекте. Мне позвонили лишь в пятницу, за день до приезда «Королей танца», и спросили: «Есть ли сегодня у вас артист балета, на которого можно положиться в проекте мирового уровня?»
При всей неожиданности этого вопроса для меня не было большой проблемой дать на него ответ. За последние годы мужской состав труппы значительно усилился молодыми перспективными танцовщиками, из которых мой выбор пал на Роберта Габдуллина. Но несмотря на уверенность в его достоинствах, тем не менее до последнего момента нельзя было сказать, сможет ли он органично вписаться в четверку прославленных мастеров.
Вообще мы привыкли гордиться тем, что наши артисты балета заканчивают одну школу – Пермское хореографическое училище, что придает труппе единство исполнительского стиля, позволяет поддерживать и развивать лучшие традиции нашего коллектива. Что касается Роберта – тут случай исключительный. Два года назад, будучи членом жюри на очередном конкурсе «Арабеск», я обратила внимание на Роберта Габдуллина из Екатеринбурга. Не все мои коллеги были согласны со мной, что у него есть перспективы стать ведущим солистом пермского балета. И кто бы мог подумать, что через два года он поддержит честь нашего города и мы начнем волноваться о том, как долго он задержиться на нашей сцене. Роберт обладает исключительной работоспособностью. Талант, подкрепленный такой самоотдачей, очень важен в нашем деле. Так что когда я решила на него положиться, то была уверена, что он не подведет и выложится на сто процентов. Более того, отработав в «Королях танца», через два дня он прекрасно станцевал «Лебединое озеро» – все выдержал благодаря своему упорству. Кстати, как только его увидели все приезжие, начался разговор о том, как он сюда попал, такой замечательно сложенный, работоспособный и коммуникабельный.
– Как вообще возможно за три дня подготовиться к участию в подобном проекте?
– Это была современная постановка, специально сочиненная для ребят хореографом Кристофером Уилдоном, следовательно, сложность заключалась в нюансах модернизации движений, требовании совпадать то с одним «королем танца», то с другим. Роберт работал с одним из самых замечательных педагогов – Юрием Фатеевым из Мариинского театра. В профессии танцовщика необходим глаз со стороны, нужен человек, который бы видел и понимал, что происходит с нашим телом.
То ссыхаются, то рассыхаются
– Но как бы то ни было, «исход» самых ярких звезд в столицу или за границу естественен для провинции…
– Я в свое время не ушла ни в Москву, ни в Петербург и до сих пор об этом не жалею. Я боялась там потеряться. Несмотря на постоянное стремление Людмилы Павловны Сахаровой устраивать своих учениц на балетные сцены столичных театров, я сумела уйти из-под ее опеки. Его величество случай рассудил по-своему: оказавшись в Америке, я окончательно убедилась, что любят всегда своих, доморощенных, а не импортированных артистов. Да, это замечательно, что и у нас есть ребята достойные, которых можно поставить рядом с любой звездой. Но я всегда доказываю, что лучше здесь быть первым, единственным и незаменимым, чем куда-то уехать и числиться «крепким середнячком».
Но есть и обратная сторона медали, скрытая от публики. Я как руководитель балетной труппы, надеюсь, что присутствовавшие на этом громком представлении высшие чиновники услышали Николая Цискаридзе, который на вечере после спектакля сказал нашему министру культуры: «Сделайте для ваших артистов нормальный балетный пол – на этом же танцевать просто невозможно!» Дело в том, что любые доски то ссыхаются, то рассыхаются, поэтому все профессиональные балетные труппы Европы и США давно используют разборный пол из специальных пластин (незаменимы для амортизации при прыжках). А на нашем покрытии артисты балета даже утомляются быстрее, не говоря о травмах. Несмотря на поддержку властей, техническая сторона балета настолько стремительно движется вперед, что требует постоянного обновления.
– Что, кроме плохого пола, раздражает вас как руководителя балетной труппы?
– На самом деле меня ничего не раздражает – это вообще плохое состояние. Есть просто проблемы, которые требуют доработки и каждодневного внимания.
Одна из них наиболее важных – взаимоотношения театра и школы, готовность выпускников к восприятию пластики современной хореографии и возросших нагрузок на исполнителей. Это во многом зависит от квалификации педагогов. Впрочем, это уже другая отдельная тема.
Но давайте уйдем от злободневных проблем и вспомним, что самое главное – это человек, рожденный, чтобы танцевать. Потому что если ему не дан свыше талант, то не важно, кто и как с ним работает, – все равно не вытянешь то, что нужно. А для того чтобы разглядеть звезду, не нужно быть профессиональным хореографом: вы идете на спектакль и сразу видите, кто обладает харизмой, кто может захватить ваше внимание и увлечь своим талантом. Не случайно танцовщиков называют артистами балета: на сцене надо не только двигаться, но и играть.
Первая пятилетка
– Придя в театр уже не как балерина, а как руководитель, вы не скрывали амбициозных планов и, что особенно задевало ваших противников, – желания обновить труппу...
– Как велик должен быть талант человека, его самосознание, чтобы решительно признать талант другого, более молодого! За последнее время труппа очень помолодела. И я считаю, что текущий сезон – один из самых сильных по составу. Например, в этом году в труппу пришли десять человек из училища. Причем четыре выпускника умудрились даже вернуться из Москвы, куда уехали, не поверив, что хорошо там, где тебя любят, и теперь с опозданием вливаются в репертуар родного театра. А раз так, перед нами стоит задача ввести молодежь в текущие спектакли, на что пока не хватает ни залов, ни пианистов, ни времени. Зачастую танцовщикам приходится «входить» в спектакль с двух-трех репетиций. И порой тебе приходится удивляться и восхищаться тем, как, несмотря на небольшой опыт, они умеют выручать в подобных ситуациях.
Но в нашей профессии следует быть осторожным: слава на самом деле приходит только к тем, кто ее может выдержать. В театре я видела на многих примерах как люди, получая все, потом это все теряли только потому, что восприняли лишь красивую обертку, а не то настоящее, что под ней скрывалось. Обертка быстро потускнела и никакого чуда не произошло.
– Еще три года назад вы не решались однозначно расценивать свое возращение из США в Пермь, ссылаясь на то, что главный судья – время. Сегодня, когда все встало на свои места, что вы можете сказать по этому поводу?
– Если говорить о моей судьбе, то для балерины это вообще самое трудное решение – определить, когда пришло время покинуть сцену: зачастую невозможно остановить себя вовремя, и как показывает жизнь, многие тянут до последнего. Понимая, что происходило и происходит со многими моими коллегами, я благодарю судьбу за то, что она мне подарила.
Я сразу и по-своему подошла к руководству труппой, прослыла жестким руководителем, что вызвало в балетной среде много споров. Однако время все ставит на свои места, и сегодня все понимают, что дисциплина – это самое главное в коллективе. И даже те люди, которые были не согласны со мной и ушли из театра – может быть, раньше, чем хотели этого, – сейчас, руководя своими студиями и коллективами, делают ровно то же самое, что и я.
Возвращение Боярчикова
– В Пермском академическом театре оперы и балета есть конкуренция между главными составляющими: оперой и балетом?
– Конкуренция всегда работает только на благо. Каждый хочет быть лучше того, кто находится рядом: артист балета рядом с другим артистом, один коллектив, находясь рядом с другим коллективом, город с городом, страна со страной. Это нормальное состояние: ты смотришь на что-то красивое, ценное, достойное и хочешь соответствовать этому.
На балет и без особой рекламы все билеты практически всегда проданы. Я считаю, что зрительский интерес – это главный показатель.
– Что же еще, кроме «Королей танца», сможет оценить пермский зритель в текущем балетном сезоне?
– Мы с нетерпением ждем приезда Николая Николаевича Боярчикова (с 1971 по 1977 год - главный балетмейстер пермского театра оперы и балета – прим. ред.) на премьеру обновленного спектакля «Ромео и Джульетта», потому что уже только стены помнят его присутствие здесь. Ушло со сцены целое поколение танцовщиков, работавших рядом с ним. И вот теперь Мастер приедет, чтобы поделиться вдохновением и передать частицу боярческого периода новому поколению, которое отныне сможет сказать: да, я работал с Боярчиковым. Это очень важно, так как создает ту самую легендарную атмосферу театра. У нашего театра своя аура, она накапливалась все 135 лет его существования – и именно это притягивает сюда зрителей.
Далее у нас в планах – очередные гастроли с грандиозным «Лебединым озером», которое всегда показывает, в какой форме находится труппа: если этот спектакль хорошо проходит, скажем, в Амстердаме, значит, мы можем гордиться собой.
Но, конечно, одними гастролями дело не ограничится: весной пройдет десятый конкурс «Арабеск», а в конце сезона зрителей ждет еще одна громкая премьера. Но пусть это станет сюрпризом!
– В связи с гастролями в Перми «Королей танца» много говорилось об изменениях в современном балете. А поспевает ли пермский балет за мировыми тенденциями?
– В балете очень многое зависит от состава труппы, репетитора и хореографа. Так, на Западе модно приглашать хореографов на какой-то период времени. Мы себе не можем позволить из-за финансового положения пригласить специалиста на полгода поработать в студии. У нас специфика репертуарного театра, мы показываем зрителю спектакли и одновременно приглашаем хореографов со стороны что-то готовить. Поэтому накладывается колоссальная нагрузка на балетных артистов. И мы можем позволить не более двух премьерных спектаклей в сезон.
У нас замечательный разносторонний репертуар, который необходимо держать в форме, – а пока не все спектакли мировой классики обновлены. Требуют реставрации и «Жизель», и «Анюта»… Существует целая очередь из спектаклей, которые нужно привести в порядок. На это требуется фактически целое полугодие, чтобы наши любимые спектакли, которые зритель знает и любит, были на уровне.
– У вас лично есть любимые спектакли в репертуаре театра?
– Конечно, это новые спектакли, в которые я вложила свои чувства. Но сколько еще спектаклей, которые требуют обновления. На сегодняшний день я искренне могу сказать, что все сделано по максимуму. И даже если что-то не получается, то не потому что мы не хотели или что-то не доделали, а потому что реально возможностей больше было. Но как только они появятся, мы ими непременно воспользуемся.
ЦИТАТА
– На этом проекте были представлены все балетные школы, которые существуют в мире – Дания, Америка, Испания, Россия. Представители – яркие, запоминающиеся личности. Но при этом вокруг них не было ореола какой-то звездности, к которой мы привыкли у наших русских танцовщиков. Ореол был только у Николая Цискаридзе, а остальные проявили такую скромность, что подкупили своим поведением, и это хороший пример для наших артистов балета: чем больше ты из себя представляешь, тем меньше тебе хочется надуться и продемонстрировать какое-то непонятное поведение. Мы все артисты, все на виду – никуда не денешься.
Наталья Смольковская, на фото - руководитель балетной труппы Пермского академического театра оперы и балета Наталья Ахмарова
Разработано в студии «Сайт-мастер»
Работает на «CMS BS» версия 3.0
Вы попали на лучший информационный портал г. Перми, посвященнный событиям в жизни города. Мы стараемся как можно быстрее сообщить о новостях в городе, мероприятиях, а также проводим фоторепортажи и делаем интервью. Заходите, будем рады видеть Вас.
Вернуться на главную страницу
