Михаил Чуднов в роли жеманницы Гертруды, а Дмитрий Васев - истеричной Офелии, а Сергей Семериков – и вовсе в роли черепа... Таков современный взгляд на Шекспира, воплощенный в жизнь резонансной постановкой Георгия Исаакяна.
“Обязательное разрушение стереотипов” обещали нам перед премьерой спектакля “Гамлет” в постановке Георгия Исаакяна. И не обманули. Впрочем, от Шекспира в пьесе осталось не так много: имена персонажей и некое условное пространство “датского королевства”. Сначала “восторженный”, а потом “восставший датский народ”, а также “демократическая датская пресса” появляются на сцене в виде табличек, напоминающих дорожные знаки.
Главная сенсация постановки – исполнение всех, даже женских, ролей мужчинами – оправдала себя на все сто процентов. Хотя мужчины в этом “Гамлете” играют не женщин. Они играют мужчин, которые играют женщин, ведь Георгий Исаакян утверждает, что его “Гамлет” – это, прежде всего, спектакль о театре.
Михаил Чуднов в роли пожилой жеманницы Гертруды, то и дело похлопывающей себя по лицу, “от морщин”, и щеголяющей в эксцентричных нарядах с перьями и невероятными декольте, до невероятности женственен. А Дмитрию Васеву вполне удался образ поэтично-истеричной девочки-подростка с суицидальными наклонностями – современной Офелии. Мимика, угловато-порывистые движения, срывающийся голос – такое впечатление, что молодой актер основательно понаблюдал за инфантильными созданиями женского пола и перенес в свою роль самые яркие особенности их поведения.
Король Клавдий (Анатолий Смоляков) напоминает среднестатистического лидера стран Евросоюза в представлении антиглобалистов: скромное обаяние демократии и элегантный костюм не скрывают посредственности новоиспеченного короля-убийцы. А монологу Клавдия во время молитвы зрители аплодировали отдельным порядком: пронзительно были исполненны муки совести в обнимку с бутылкой виски.
Герои-маски, герои-символы, шахматные фигурки, разыгрывающие самую известную в мире театрально-шахматную партию... В течение всего действия героев “обслуживают” два “Человека-театра”: перестраивают декорации и ассистируют главным персонажам, исподтишка над ними посмеиваясь, с ходу перевоплощаются в героев.
Отдельный разговор – режиссерские находки Георгия Исаакяна. Например, фигура Розенкранца и гильденстерна - зачем двух неразлучных вельмож-предателей должны играть два актера? Поэтому Алексей Дерягин демонстрирует вполне убедительное раздвоение личности.
Дмитрий Захаров в роли Гамлета – инфантильный юноша, подросток с обостренным пониманием морали и гипертрофированным чувством справедливости, но при этом с полным отсутствием характера – все это приводит его к бесконечным монологам на тему собственной неприкаянности. А знаменитое “Быть или не быть…” произносится не в обращении к миру, Богу или космосу, а со взглядом, скользящим по “суицидным” бинтам на хрупких запястьях.
Из оригинального текста в переводе Михаила Лозинского практически ничего не вырезано, но монолог Гамлета вообще представлен в авторском переводе Георгия Исаакяна.
Разработано в студии «Сайт-мастер»
Работает на «CMS BS» версия 3.0
Вы попали на лучший информационный портал г. Перми, посвященнный событиям в жизни города. Мы стараемся как можно быстрее сообщить о новостях в городе, мероприятиях, а также проводим фоторепортажи и делаем интервью. Заходите, будем рады видеть Вас.
Вернуться на главную страницу
